Полка писателя: Булат Ханов
image
  1. Главная
  2. Все подборки
  3. Полка писателя: Булат Ханов
Для рубрики «Полка писателя» мы уже беседовали о любимых книгах с Яной Вагнер, Александром Снегиревым, Денисом Драгунским и даже Франком Тилье. Продолжая славную традицию, на этой неделе мы поговорили с Булатом Хановым, автором, книжным критиком и литературоведом. В своем молодом возрасте (29 лет) он выпустил два романа, четыре рассказа и две повести. В 2018-м стал лауреатом премии «Лицей» за остроумную повесть «Дистимия». В 2019-м вышел его роман «Гнев», героя которого в литературных кругах сравнили с Чацким Грибоедова. В одном из интервью Булат сказал о книге: «Полагаю, мрачный эффект складывается именно из-за интонации романа. Сам я стараюсь избегать драматизации. Депрессивный взгляд на действительность не менее болезнетворен, чем сравнение жизни с жевательным драже “Скитлсrdquo и призывом попробовать радугу на вкус. Во всем этом нет никакого смысла, потому что это не приближает нас к пониманию процессов, в которые мы вовлечены». В этом году Булат Ханов вошел в шорт-лист премии «Нацбест» с книгой «Непостоянные величины». Но победу тогда одержал Елизаров. Смотрите, какие произведения и почему Булат Ханов советует к прочтению. «Мельмот Скиталец», Чарлз Метьюрин Вершина готического романа. Ирландский священник Метьюрин, двоюродный дедушка Оскара Уайльда, создал эпохальное произведение с обилием сюжетных линий и неожиданных поворотов. С одинаковой достоверностью Метьюрин пишет о жизни в католическом монастыре и в застенках инквизиции, о нравах британской лечебницы и о тонкостях выживания евреев в Испании, об индийских островитянах и индуистских обрядах вроде колесницы Джаггернаута. В центр книги помещена фигура дьявола, который бродит по свету и соблазняет людей продать ему душу. Классическая история оборачивается у Метьюрина гимном человеческой стойкости. Главная жертва здесь сам дьявол, который, пускаясь на затейливые ухищрения, не добивается своего. И дьявол страшный, и портрет его, но продать душу еще страшнее. «Незнайка на Луне», Николай Носов Все книги о Незнайке объединены общим принципом. Носов берет за основу распространенный сюжет вроде путешествия на воздушном шаре, или полета в космос, или получения волшебной палочки, и отлично дополняет историю коммунистической моралью. «Незнайка на Луне» - это вообще едва ли не лучшее разоблачительное произведение о капитализме, настоящая его анатомия. Отважные и бескорыстные революционеры у Носова подают пример всем нам. Правда, сегодня при прочтении остается тревожный вопрос: «Неужели без инопланетной помощи мы не раскачаем производительные силы и не установим диктатуру пролетариата?» Ведь современную Россию населяют лунатики, а никак не земляне. «Убыр», Шамиль Идиатуллин В Татарстане этот роман преступно недооценен. Его не включают в школьную программу, не ставят на сцене, не обсуждают на местных радиостанциях и телеканалах. Да что там - о нем даже не говорят в казанском литературном сообществе. Между тем я не встречал ни одного другого прозаика, который бы так же увлекательно и уважительно писал о татарском народе. Шамиль Идиатуллин облек поучительную историю о взрослении в оболочку мистического триллера с выдающимися экшн-сценами (взять хотя бы смертельную схватку в электричке с полицией, уркаганами и неземной нечистью) и задал высокую планку как для читателей, так и для писателей. Таких книг современной русской литературе не хватает. «Номер 11», Джонатан Коу Коу не нагоняет тумана, а искушает обманчивой простотой. Не бежит от повестки дня, а остроумно обыгрывает ее с преувеличенно серьезным лицом. Уклоняется от позиции общественного арбитра и не стремится быть адвокатом или прокурором (что, в общем-то, одно и то же). Метод британского писателя - это остановиться в шаге от банальности и круто свернуть в сторону. Это, пожалуй, единственный автор из категории «серьезных» сегодня, который читается запоем - по четыреста-пятьсот страниц за вечер. Притом эта подозрительная усвояемость текста может сказаться и дурно. При большой скорости от внимания ускользают тонкие связи, сюжетные рифмы и подлинно английский юмор, уловимый едва-едва. Поэтому важно одергивать себя во время каждой главы и напоминать: «Эй, помедленнее, иначе пропустишь самое интересное». «Страна коров», Эдриан Пирсон Роман гротескный, игровой, если не сказать постмодернистский (это слово следует произносить шепотом, пальцами рисуя в воздухе кавычки). Колледж, в котором развивается повествование, представляет собой целый мир, микромодель Америки с ее ковбойскими ценностями и сельским темпераментом, уживающимся с прогрессивными намерениями и прагматическими установками. «Страну коров» можно рассматривать как учебник по литературному мастерству. Чего стоят одни персонажи! Гордый индеец Алан Длинная Река - преподаватель риторики, который никогда не говорит. Чарующий испанец Рауль, ни разу не бывавший в Испании и обожающий всяческие блок-схемы. Преподаватель истории Смиткоут - философствующий вдовец с вечной сигарой и манеркой бурбона. Если добавить к этому хитроумно сконструированную композицию, вставные истории, ситуации одна нелепее другой, штабелями вываливающиеся из шкафов скелеты, вдохновенные монологи о любви и смысле жизни, то получится изумительная история, достойная симфонической обработки. «Капитал. Том I: Процесс производства капитала», Карл Маркс Мысль Маркса поражает живостью и подвижностью. Выведенный им исследовательский метод, трудоемкий и кропотливый, позволяет совмещать оперирование необъятными массивами данных с широкими обобщениями. Большая ученость Маркса не мешает ему видеть за деревьями леса. Его умение моментально схватывать суть не идет вразрез с истинно немецкой обстоятельностью. Там, где средний марксист отделался бы яростным, но малосодержательным пассажем о преступлениях империализма и об эксплуатации несчастных рабочих, Маркс дает подкрепленную ссылками исчерпывающую картину, где описываются все тонкости и противоречия капиталистического способа производства, где рассказывается, откуда берется прибыль и почему наемный рабочий всегда оказывается в невыгодном положении. Именно эта обстоятельность вкупе с проницательностью и делают «Капитал» самой убедительной экономической работой за последние три века. «Преданная революция: Что такое СССР и куда он идет?», Лев Троцкий Троцкий, если бы пожелал, мог войти в историю русской литературы как выдающийся писатель, страстный, ироничный, зоркий. Но он предпочел иной путь - великого революционера. Он сыграл решающую роль в Октябрьской революции: без военного опыта собрал с нуля Красную армию и привел ее к победе в Гражданской войне. «Преданную революцию» Троцкий писал в середине 1930-х годов, будучи в эмиграции. Эта книга - выразительный срез советской жизни тех лет, детальный разбор политики, производства, семьи, быта, школы, искусства, армии. Троцкий объясняет: несмотря на общественную собственность на средства производства, в СССР социализм еще не построен. Есть лишь его элементы. Именно партия, отринувшая идеалы Октября и растворившаяся в будничной пошлости, уводит страну все дальше от социалистической перспективы. «Преданная революция» - история о том, что сталинская бюрократия - не приговор коммунистической идее, а только ее временный тупик. Это обусловлено историческими закономерностями. В конце концов коммунизм победит, ведь это тоже историческая закономерность.

Полка писателя: Булат Ханов

6 
книг

4.34 
Для рубрики «Полка писателя» мы уже беседовали о любимых книгах с Яной Вагнер, Александром Снегиревым, Денисом Драгунским и даже Франком Тилье. Продолжая славную традицию, на этой неделе мы поговорили с Булатом Хановым, автором, книжным критиком и литературоведом.

В своем молодом возрасте (29 лет) он выпустил два романа, четыре рассказа и две повести. В 2018-м стал лауреатом премии «Лицей» за остроумную повесть «Дистимия». В 2019-м вышел его роман «Гнев», героя которого в литературных кругах сравнили с Чацким Грибоедова. В одном из интервью Булат сказал о книге: «Полагаю, мрачный эффект складывается именно из-за интонации романа. Сам я стараюсь избегать драматизации. Депрессивный взгляд на действительность не менее болезнетворен, чем сравнение жизни с жевательным драже “Скитлс” и призывом попробовать радугу на вкус. Во всем этом нет никакого смысла, потому что это не приближает нас к пониманию процессов, в которые мы вовлечены». 

В этом году Булат Ханов вошел в шорт-лист премии «Нацбест» с книгой «Непостоянные величины». Но победу тогда одержал Елизаров.
 
Смотрите, какие произведения и почему Булат Ханов советует к прочтению. 
 
 

«Мельмот Скиталец», Чарлз Метьюрин

 
 
Вершина готического романа. Ирландский священник Метьюрин, двоюродный дедушка Оскара Уайльда, создал эпохальное произведение с обилием сюжетных линий и неожиданных поворотов. С одинаковой достоверностью Метьюрин пишет о жизни в католическом монастыре и в застенках инквизиции, о нравах британской лечебницы и о тонкостях выживания евреев в Испании, об индийских островитянах и индуистских обрядах вроде колесницы Джаггернаута.
В центр книги помещена фигура дьявола, который бродит по свету и соблазняет людей продать ему душу. Классическая история оборачивается у Метьюрина гимном человеческой стойкости. Главная жертва здесь сам дьявол, который, пускаясь на затейливые ухищрения, не добивается своего. И дьявол страшный, и портрет его, но продать душу еще страшнее.
 
 

«Незнайка на Луне», Николай Носов

 
 
Все книги о Незнайке объединены общим принципом. Носов берет за основу распространенный сюжет вроде путешествия на воздушном шаре, или полета в космос, или получения волшебной палочки, и отлично дополняет историю коммунистической моралью. «Незнайка на Луне» – это вообще едва ли не лучшее разоблачительное произведение о капитализме, настоящая его анатомия. Отважные и бескорыстные революционеры у Носова подают пример всем нам. Правда, сегодня при прочтении остается тревожный вопрос: «Неужели без инопланетной помощи мы не раскачаем производительные силы и не установим диктатуру пролетариата?» Ведь современную Россию населяют лунатики, а никак не земляне.
 
 

«Убыр», Шамиль Идиатуллин

 
 
В Татарстане этот роман преступно недооценен. Его не включают в школьную программу, не ставят на сцене, не обсуждают на местных радиостанциях и телеканалах. Да что там – о нем даже не говорят в казанском литературном сообществе. Между тем я не встречал ни одного другого прозаика, который бы так же увлекательно и уважительно писал о татарском народе. Шамиль Идиатуллин облек поучительную историю о взрослении в оболочку мистического триллера с выдающимися экшн-сценами (взять хотя бы смертельную схватку в электричке с полицией, уркаганами и неземной нечистью) и задал высокую планку как для читателей, так и для писателей. Таких книг современной русской литературе не хватает.
 
 

«Номер 11», Джонатан Коу

 
 
Коу не нагоняет тумана, а искушает обманчивой простотой. Не бежит от повестки дня, а остроумно обыгрывает ее с преувеличенно серьезным лицом. Уклоняется от позиции общественного арбитра и не стремится быть адвокатом или прокурором (что, в общем-то, одно и то же). Метод британского писателя – это остановиться в шаге от банальности и круто свернуть в сторону.
Это, пожалуй, единственный автор из категории «серьезных» сегодня, который читается запоем – по четыреста-пятьсот страниц за вечер. Притом эта подозрительная усвояемость текста может сказаться и дурно. При большой скорости от внимания ускользают тонкие связи, сюжетные рифмы и подлинно английский юмор, уловимый едва-едва. Поэтому важно одергивать себя во время каждой главы и напоминать: «Эй, помедленнее, иначе пропустишь самое интересное».
 
 

«Страна коров», Эдриан Пирсон

 
 
Роман гротескный, игровой, если не сказать постмодернистский (это слово следует произносить шепотом, пальцами рисуя в воздухе кавычки). Колледж, в котором развивается повествование, представляет собой целый мир, микромодель Америки с ее ковбойскими ценностями и сельским темпераментом, уживающимся с прогрессивными намерениями и прагматическими установками.
«Страну коров» можно рассматривать как учебник по литературному мастерству. Чего стоят одни персонажи! Гордый индеец Алан Длинная Река – преподаватель риторики, который никогда не говорит. Чарующий испанец Рауль, ни разу не бывавший в Испании и обожающий всяческие блок-схемы. Преподаватель истории Смиткоут – философствующий вдовец с вечной сигарой и манеркой бурбона. Если добавить к этому хитроумно сконструированную композицию, вставные истории, ситуации одна нелепее другой, штабелями вываливающиеся из шкафов скелеты, вдохновенные монологи о любви и смысле жизни, то получится изумительная история, достойная симфонической обработки.
 
 

«Капитал. Том I: Процесс производства капитала», Карл Маркс

 
 
Мысль Маркса поражает живостью и подвижностью. Выведенный им исследовательский метод, трудоемкий и кропотливый, позволяет совмещать оперирование необъятными массивами данных с широкими обобщениями. Большая ученость Маркса не мешает ему видеть за деревьями леса. Его умение моментально схватывать суть не идет вразрез с истинно немецкой обстоятельностью. Там, где средний марксист отделался бы яростным, но малосодержательным пассажем о преступлениях империализма и об эксплуатации несчастных рабочих, Маркс дает подкрепленную ссылками исчерпывающую картину, где описываются все тонкости и противоречия капиталистического способа производства, где рассказывается, откуда берется прибыль и почему наемный рабочий всегда оказывается в невыгодном положении. Именно эта обстоятельность вкупе с проницательностью и делают «Капитал» самой убедительной экономической работой за последние три века.
 
 

«Преданная революция: Что такое СССР и куда он идет?», Лев Троцкий

 
 
Троцкий, если бы пожелал, мог войти в историю русской литературы как выдающийся писатель, страстный, ироничный, зоркий. Но он предпочел иной путь – великого революционера. Он сыграл решающую роль в Октябрьской революции: без военного опыта собрал с нуля Красную армию и привел ее к победе в Гражданской войне.
«Преданную революцию» Троцкий писал в середине 1930-х годов, будучи в эмиграции. Эта книга – выразительный срез советской жизни тех лет, детальный разбор политики, производства, семьи, быта, школы, искусства, армии. Троцкий объясняет: несмотря на общественную собственность на средства производства, в СССР социализм еще не построен. Есть лишь его элементы. Именно партия, отринувшая идеалы Октября и растворившаяся в будничной пошлости, уводит страну все дальше от социалистической перспективы. «Преданная революция» – история о том, что сталинская бюрократия – не приговор коммунистической идее, а только ее временный тупик. Это обусловлено историческими закономерностями. В конце концов коммунизм победит, ведь это тоже историческая закономерность.
Поделиться